Гамбринус

Средняя оценка: 7.6 (5 votes)
Полное имя автора: 
Александр Иванович Куприн

Рассказ о том, как "человека можно искалечить, но искусство всё перетерпит и всё победит", что доказал своей жизнью еврей-скрипач Сашка из кабачка "Гамбринус".

* * *

     В 1921 году в одесских газетах появилось объявление о смерти никому не известного Арона Гольдштейна.
     В те годы революции, голода и веселья никто бы не обратил внимание на это объявление, если бы внизу, под фамилией Гольдштейн, не было напечатано в скобках "Сашка-Музыкант из Гамбринуса".
     Я прочёл это объявление и удивился. Значит, он в действительности жил на свете, этот Сашка-Музыкант, а не был только отдалённым прототипом для Куприна в его "Гамбринусе". Значит, всё, о чём писал в этом рассказе Куприн, - подлинность.
В это трудно было поверить потому, что жизнь и искусство в нашем представлении никогда не сливались так неразрывно.
     Оказалось, что Сашка-Музыкант, давно ставший для нас легендой, литературным героем, жил в зимней обледенелой Одессе рядом с нами и умер где-то на мансарде старого одесского дома.
     Хоронила Сашку-Музыканта вся портовая и окраинная Одесса. Эти похороны были как бы концовкой купринского рассказа.
Колченогие лошади, часто останавливаясь, тащили чёрные дроги с гробом. Где достали этих одров, выживших в то голодное время, когда и людям нечего было есть, так и осталось тайной.
     Правил этими конями высокий рыжий старик, должно быть какой-нибудь знаменитый биндюжник с Молдаванки. Рваная кепка была сдвинута у него на один глаз. Биндюжник курил махорку и равнодушно сплёвывал, выражая полное презрение к жизни и смерти. "Какая разница, когда на Привозе уже не увидишь буханки арнаутского хлеба и зажигалка стоит два миллиона!"
     За гробом шла большая шумная толпа. Ковыляли старые тучные женщины, замотанные в тёплые шали. Похороны были для них единственным местом, где можно поговорить не о ценах на подсолнечное масло и керосин, а о тщете существования и семейных бедах, - поговорить, как выражаются в Одессе, "за жизнь".
     Женщин было немного. Я упоминаю их первыми потому, что, по галантным правилам одесского нищего люда, их пропустили вперёд к самому гробу.
     За женщинами шли в худых, подбитых ветром пальто музыканты - товарищи Сашки. Они держали под мышками инструменты. Когда процессия остановилась около входа в заколоченный "Гамбринус", они вытащили свои инструменты, и неожиданная печальная мелодия старинного романса полилась над толпой:

Не для меня придёт весна. Не для меня Буг разольётся...
     Скрипки пели так томительно, что люди в толпе начали сморкаться, кашлять и утирать слёзы.
     Когда музыканты кончили, кто-то крикнул сиплым голосом:
     - А теперь давай Сашкину!
     Музыканты переглянулись, ударили смычками, и над толпой понеслись игривые скачущие звуки:
Прощай моя Одесса! Прощай мой Карантин! Нас завтра угоняют на остров Сахалин!
     Куприн писал о посетителях "Гамбринуса", что всё это были матросы, рыбаки, кочегары, портовые воры, машинисты, рабочие, лодочники, грузчики, водолазы, контрабандисты - люди молодые, здоровые, пропитанные крепким запахом моря и рыбы. Они-то и шли сейчас за гробом Сашки-Музыканта. Но от прежней молодости и задора ничего уже не осталось. "Жизнь погнула!" - говорили старые морские люди. Что от неё сохранилось? Надсадный кашель, обкуренные седые усы да опухшие суставы на руках с узловатыми синими венами. Да и то сказать - жизнь не обдуришь? Жизнь надо выдюжить, как десятипудовый тюк - донести до трюма и скинуть. Вот и скинули, а отдохновения все равно нету, - не тот возраст! Вот и Сашка лежит в гробу белый, сухой, как та обезьянка.
     Я слушал эти разговоры в толпе, но их горечь не доходила до меня. Я был тогда молод, революция гремела вокруг, события смывали друг друга с такой быстротой, что некогда было как следует в них разобраться.
     Ко мне подошёл репортёр Ловенгард - седобородый нищий старик с большими детскими глазами.
     Ловенгард, как шутили молодые непочтительные репортёры, картавил на все буквы, и потому его не всегда можно было сразу понять. К тому же Ловенгард любил говорить несколько выспренне.
     - Я первый, - сказал он мне, - привёл Александра Ивановича Куприна в "Гамбринус". Он сидел, курил, пил пиво и смеялся и вдруг через год вышел этот рассказ! Я плакал над ним, молодой человек. Это - шедевр любви к людям, жемчужина среди житейского мусора."
* * *
 
Памятник в Одессе Памятник в Одессе

Скульптура "Сашка-музыкант",
открыта в Одессе, в 2001г.,
скульптор Александр Князик
 
 
Информация о произведении
Полное название: 
Гамбринус
Дата создания: 
1907
История создания: