Тристрам Шенди

Средняя оценка: 8 (3 votes)
Полное имя автора: 
Лоуренс Стерн
                             Я знаю, что есть на свете читатели, - как  и      множество  других  добрых людей, вовсе
ничего не читающих, - которые до тех пор не
успокоятся, пока вы их не посвятите от начала
до конца в тайны всего, что вас касается.


Роман  признан шедевром Стерна.   На первый взгляд  представляется хаотической мешаниной занятных и драматических сцен, мастерски очерченных характеров, разнообразных сатирических выпадов и ярких, остроумных высказываний вперемежку с многочисленными типографскими трюками (указующие пальцы на полях, зачерненная («траурная») страница, обилие многозначительных курсивов).   Отступления составляют ярчайшую примету «шендианского» стиля, объявляющего себя свободным от традиций и порядка. Современная Стерну критика (прежде всего С.Джонсон)  и викторианцы резко осудили писательский произвол Стерна. На деле же план произведения был продуман.  Стерн разбивал крупные временные отрезки на фрагменты, которые затем переставлял, сообразуясь с умонастроением своих персонажей, от этого его произведение – «отступательное, но и поступательное в одно и то же время».
Комическое преобладает в Тристраме Шенди, однако ближе к концу романа   сатиру и задорный смех  потеснили патетический тон и сентиментальные эпизоды.

 
Роман начинается не как все прочие - с рождения героя, а с очень важного замечания
Я бы желал, чтобы отец мой или мать, а то и  оба  они  вместе,  -  ведь обязанность эта лежала одинаково на них обоих, - поразмыслили над  тем,  что они делают в то время, когда они меня зачинали. Если бы они должным  образом подумали, сколь многое зависит от того, чем они тогда были заняты, -  и  что дело тут не только в произведении на свет разумного  существа,  но  что,  по
всей вероятности, его счастливое телосложение и темперамент, быть может, его дарования и самый склад его ума - и даже, почем знать, судьба всего его рода- определяются их собственной натурой и  самочувствием  -  -  если  бы  они, должным образом все это взвесив и обдумав, соответственно поступили, - - то,
я твердо убежден, я занимал бы совсем иное положение  в  свете,  чем  то,  в котором читатель, вероятно, меня увидит.
но увы несчастья нашего Тристрама начались еще за девять месяцев до его появления на свет.

***
Послушайте, дорогой, - произнесла моя мать, - вы не забыли завести часы? -
Господи боже! - воскликнул отец в сердцах, стараясь в то  же  время приглушить свой голос, - бывало ли когда-нибудь с сотворения  мира,  чтобы женщина прерывала мужчину  таким  дурацким  вопросом? 
-
  Тристрам описывает все очень подробно
     В начале предыдущей главы я вам точно сообщил, когда я родился, -  но я вам не сообщил,  как  это  произошло.  Нет;  частность  эта  припасена целиком для отдельной главы; - кроме того, сэр, поскольку мы с вами  люди  в некотором роде совершенно чужие друг другу, было бы  неудобно  выложить  вам сразу слишком много касающихся меня подробностей.  -  Вам  придется  чуточку
потерпеть. Я затеял, видите ли, описать не только жизнь мою, но также и  мои мнения, в надежде и в ожидании, что, узнав из первой мой характер и  уяснив, что я за человек,  вы  почувствуете  больше  вкуса  к  последним.

А разве говоря о рождении можно пройти мимо повивальной бабки
 - - На сорок седьмом году  жизни она осталась вдовой, без всяких средств, с  тремя  или  четырьмя  маленькими детьми, и так как была она в то время женщиной степенного  вида,  приличного
поведения,  -  немногоречивой  и  к  тому   же   возбуждавшей   сострадание: безропотность, с которой она переносила свое  горе,  тем  громче  взывала  к дружеской поддержке, - то над ней  сжалилась  жена  приходского  священника: последняя давно уже сетовала на неудобство, которое долгие годы  приходилось
терпеть пастве ее мужа, не имевшей возможности  достать  повивальную  бабку,

От вопроса о повивальных бабок автор  переходим к вопросу патентов, а оттуда к  вопросу о вкусе и Соломоне, потом возвращается к самой книге и к писателям вообще, а вспомнив о повивальной бабке рассказывает  о том самом священнике,  о его коне,  о благотворительности,   и родословной священника,
а это требует обращения к книгам,к  истории как и где эти книги были прочитаны и замечания:
 все  мы  представляем  противоположные крайности в этом отношении; - вы либо великий гений -  либо, пятьдесят против одного, сэр, вы набитый дурак  и  болван;  -  не  то  чтобы
совершенно отсутствовали промежуточные ступени,  -  нет,  -  мы  все  же  не настолько беспорядочны; - однако две крайности -  явление  более  обычное  и чаще встречающееся на нашем неустроенном острове
 И сделав вывод о священнике, наш автор теперь обсуждает долги и насмешки,  а потом снова возвращается к повивальной бабке, четко обзначив ее территорию :
Но  я  хочу здесь раз и навсегда объявить вам, что все это  будет  точнее  обозначено  и пояснено на карте, над которой в настоящее время работает гравер и  которая, вместе со множеством других материалов и дополнений  к  этому  произведению, помещена будет в конце двадцатого тома, - не для того  чтобы  сделать  более объемистой мою работу, - мне противно даже думать об этом; - - но в качестве комментария, схолий и иллюстраций, в качестве ключа к таким местам, эпизодам или намекам, которые покажутся либо допускающими различное толкование,  либо множество  других  добрых людей, вовсе темными и сомнительными, когда моя жизнь и мои мнения  будут  читаться  всемс ветом (прошу не забывать, в каком значении здесь берется это слово).
Еще две главы понадобятся что бы подробно рассказать об одной из статей брачного договора (смотрите главу XV), ибо только сам автор мог бы интерпретировать столь сложный договор
(со всеми правами, статьями и  полномочиями;  со  всеми
усадьбами, домами,  постройками,  амбарами,  конюшнями,  фруктовыми  садами, цветниками,  задними  дворами,  огородами,   пустырями,   домами   фермеров, пахотными землями, лугами, поймами, пастбищами, болотами, выгонами,  лесами, перелесками, канавами, топями,  прудами  и  ручьями)  

одной строчкой. Потом следует рассказ о том, что было за год с лишним до рождени Тристрама, политические взгляды его отца
и его манеру обсуждать дела
Он истощил все свое остроумие; - - уговаривал  ее  на  все
лады; - представлял свои доводы в самом различном свете; -  обсуждал  с  ней вопрос как христианин, - как язычник, - как муж, - как отец, - как  патриот, - как человек... - Мать на все отвечала только как женщина; - ведь поскольку она не могла укрываться в этом бою за столь разнообразными ролями, - бой был неравный: - семеро против одного
. - 
А это дает почву разговору об отношении между полами и о чудачествах отца, вопрос о  католиках и о крещении (к слову сказать тогда католики считали, что душа есть только о рожденного  ребенка),  затем поговорить о французских комедиях и, наконец познакомиться с дядей Томой, узнать  про его отношения с братом, о самовосхвалении,  о епископе Холле.
Так, например, я только собрался  было  набросать  вам  основные  черты крайне причудливого характера дяди Тоби, - как  наткнулся  на  тетю  Дину  и кучера, которые увели нас за несколько миллионов миль,  в  самое  средоточие планетной системы.
Но до этого надо обсудить человеческие характеры вообще, а потом узнать, что у дяди Тома есть необычный "конек".
И на этом кончается 1 книга из 7. Тристраму предстоит родиться в 3-ей книге, и нам еще предстоит  узнать о его крещении, о имени, о том, что случилось с ним в шесть лет, о философии отца, о хобби дяди Тома, о вдове, живущей неподалеку, о инквизиции, богословии, проповедях,  душе, уме, сери, силлогизмах, правлении королевы Анны, расположении карманов в кафтане, о разных узлах, проклятиях, художниках, о холодном климате, о носах, и о много другом, что надо читателю что бы разобраться в разных вопросах жизни Тристрама Шенди.

Информация о произведении
Полное название: 
Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена, Life and Opinions of Tristram Shandy, Gentleman
Дата создания: 
1767
История создания: 

 Психологическим обоснованием романа является  учение Дж.Локка об ассоциации идей.  Помимо разумно постигаемой связи идей и представлений, отмечал Локк, бывают их иррациональные связи (таковы суеверия).
После издания сатирического памфлета Стерн взялся писать Тристрама Шенди – поначалу как сатирическую «смесь» (miscellany).  Вышедшие в начале 1759- 1760 первые два тома покорили Лондон, и приехавший в столицу автор стал литературной знаменитостью сезона. Триумфы повторялись и в последующие частые наезды Стерна в Лондон. Очередные двухтомные выпуски романа вышли в январе и декабре 1761, в 1765; и последний, 9-й том – в 1767.
Материалы  путешествий по Европе вошли в 7-й том Тристрама Шенди и легли в основу последней книги Стерна ("Сентиментальное путешествие")

Отзыв. Тристрам Шенди.
  Временами очень интересно, но в целом я не сторонник  "потока сознания".