Почва и судьба

Средняя оценка: 7.3 (3 votes)
Полное имя автора: 
Сергей Владимирович Лезов

Слово о трилогии Эли Визеля "Ночь. Рассвет. День".
Другие статьи Лезова о художественной прозе и эссеистике Визеля - в сборнике "Попытка понимания": "Глазами убитых детей" http://ivka.rsuh.ru/binary/78809_46.1236188901.55225.doc и "Есть ли на свете детский бог".

                                         * * *

 

(фрагменты)

 

"Что я, христианин, могу понять в отношениях между бывшим еврейским мальчиком, маленьким хасидом, который когда-то жил в трансильванском городке Сигете, и его (тоже вроде бы бывшим) еврейским Богом, который (если верить мальчику) тоже когда-то жил в этом городке?
Чужой для меня мир, чужой для меня Бог. Да-да, а про единого Бога трех авраамических религий пусть теологи и интеллигентные миряне расскажут армянам, вырезанным при Абдул-Гамиде или уничтоженным в месопотамской пустыне Дейр-Зор. Членам бывшего "эрмени миллет" Османской империи полезно будет узнать про общего Бога армян и турок. Пусть участники иудео-христианского диалога возьмут на улице за руку еврейского ребенка, которому в Кишиневе 1903 года православные погромщики забили гвозди в глазницы, и объяснят ему, что он поступает неправильно, когда, издали увидев на своем пути кнессию, христианскую церковь, обходит ее стороной. Пусть покажут ребенку, что убъющие его поклоняются тому же Богу. [...]

"В. В. Розанов, писатель с очень развитым "обонятельным и осязательным отношением" к этим делам, правильно учуял здесь фальшь: "Если Бог и истинный у одного народа, у другого - непременно диавол". ("Юдаизм") И феноменологически он прав: это гораздо более честный взгляд на сам этос исторических религий Запада - еврейства, христианства и ислама, чем мистико-политическое представление о религиях как разных окнах, выходящих в одно небо. Другой русский писатель, Г. С. Померанц, очень красноречиво проповедовал у нас это представление. Но за всей философичностью и всей мистичностью, за цитатами из писем поэтессы З. М. о духовной красоте Господа нашего Иисуса Христа я, увы, по-розановски чувствую главный мотив:

"Что бы ни делали, лишь бы письки не трогали," - сказала воспитательница детсада.

И для Эли Визеля: единство, понимание между людьми, их братство возможны не в едином Боге, а вопреки божественному.
Еврейский Бог устроил своему народу Освенцим, но люди оказались сильнее Бога, братство между ними все равно возможно (Педро в романе "Город Удачи"). В мире Визеля именно человек - вопреки всему - способен к творчеству, например, к деторождению. Бог в этом мире не способен к положительному творчеству, но Ему хочется проявить себя - и Он убивает созданных человеком детей.
Главный вопрос, над которым мучается Визель; вопрос, для мучений над которым он стал писателем: "Почему Бог оказался плохим? Почему он злой и безнравственный?"
Вот что: за "единым Богом" стоит неинтерес к истине и безразличие к неповторимому, непереводимому на язык философии смыслу любой религиозной культуры. Блуждающий в "материально-телесном низу" ум Розанова ближе к смыслу "религиозного", чем стерильный ум тех, кто устремился в горние выси и поднялся над всяким партикуляризмом. Розанов ближе к сфере того интимного, теплого, темного, пропахшего бытом отношения к Партнеру, - того отношения, которое, собственно, и формирует общину веры, - того отношения, которое и называется "религией". [...]

Не нужно заботы о благе другого (о том, что я считаю его благом). Нужно только понимание, даже меньше - нужна просто честная попытка понять, вырваться из одиночки. Все прочее приложится.
Человек одинок - это норма. Ты не одинок - это нуждается в доказывании."

 

                               

 

ЗРИМЫЕ ОБРАЗЫ

http://img527.imageshack.us/img527/6281/schulz.jpg

Информация о произведении
Полное название: 
Почва и судьба
Дата создания: 
1994
История создания: