Кирилл Медведев: «Интеллектуал – не привилегия!»

Средняя оценка: 6 (5 votes)

Интервью, взятое у поэта Кирилла Медведева Алексеем В. Цветковым (2009) для сайта Рабкор.ру ("несколько стратегически важных вопросов").

                                                         * * *

 

- Кирилл, ваша издательская деятельность – это тот случай, когда маргинальность неразличима с элитарностью. Вы делаете безупречно стильные маленькие книжки с продуманным макетом, шрифтами, цветовой гаммой, отличные переводы. Но одновременно эти артефакты, которые интересно держать в руках, весьма полезны как левым, так и интересующимся, политически функциональны. Какая задача изначально ставилась перед издательством и как она менялась в процессе?
Хочется, чтоб издательство совмещало просвещенческую функцию с активистской. Представляло те теории, события, авторов, которые либо не известны у нас вообще, либо известны, но в искаженной – вульгарно-советской или антисоветской – версии. И чтобы это, с одной стороны, было поводом для диалога левых друг с другом, а с другой – постепенно изменяло все те дурные представления о социалистической истории и культуре, которые сложились в последние десятилетия. Кстати, для меня лично – это еще и самообразовательный проект. Техническая задача – минимизировать затраты, не впадая при этом в полное эстетическое убожество. Это, кстати, очень интересная творческая задача. Отсюда и внешний вид.
- Часто можно слышать, что Свободное марксистское издательство – это проект одного человека. Вам удается всю работу делать самому?
Большую часть работы я делаю сам, но постепенно появляются люди, предлагающие помощь, готовые переводить, редактировать, даже вкладывать небольшие деньги. Например, книжное агентство «Берроунз» – с ним мы готовим большое издание поэм Пазолини. Готовится книжка Тони Клиффа про 1968 год, почти полностью переведенная моими товарищами из движения «Вперед». Вместе с кинокритиком Борисом Нелепо и режиссером Стасом Дорошенковым мы составляем книгу о «революционном» периоде Жан-Люка Годара.
- Кто еще и почему будет издан в ближайшее время?
Например, очень важный для меня проект – сборник стихов Назыма Хикмета, турецкого поэта-коммуниста. Он в 20-е годы жил в Москве, был погружен в советскую авангардную культуру, потом много лет сидел в тюрьме в Турции, а последние годы снова жил в Москве, где и умер в 1962 году. Он много издавался и был очень популярен в Советском Союзе. Обожали его и западные левые. Сейчас у нас Хикмета мало кто знает. Я перерыл массу его книг в Ленинской библиотеке, отобрал лучшие, на мой взгляд, переводы разных лет. В книгу также войдут отзывы западных поэтов и критиков о Хикмете, а также отрывки из англоязычной биографии под названием «Романтический коммунист». Вообще это важно – представлять элементы советской, в том числе поэтической культуры в новом ракурсе.
- Устраивают ли вас продажи ваших книжек?
Продажи устраивают, не устраивает, что слишком мало московских магазинов охвачено и практически не налажена связь с другими городами.
- В последнее время вам часто делают комплименты на сайте Openspace. Насколько вообще адекватна реакция критики и прессы на ваши издания?
То, что авторы считают нужным отреагировать на этот, мягко говоря, неформатный проект, – уже показатель их некоторой адекватности.
- К прошлогодней годовщине событий 68-го вы издали стихотворение Пазолини, в котором он критикует «новых левых» как далеких от реальности детей «среднего класса» и вступается за полицию, плоть от плоти класса рабочего. На чьей все-таки вы лично стороне?
Понятно, что в момент, когда активист получает от мента дубинкой, ему сложно солидаризироваться с Пазолини. Но дискуссию эту, конечно, нужно держать в поле зрения, она актуальна. Например, в связи с проблемой реформы армии. Для многих очевидно, что наемная армия – единственный выход. Но с классовой точки зрения все тоже очевидно: наемная армия – это возможность для «среднего класса» и интеллигенции окончательно снять с себя эти заботы, вытеснить весь неприятный дискурс о долге перед Родиной в определенный сегмент общества – в его низы, поскольку пополняться такая армия будет в еще большей степени, чем сегодня, из низов, из провинции, теми ребятами, которым просто нечего больше делать и некуда податься. Которые потом и будут подавлять оппозиционные выступления – интеллигентские, студенческие, какие угодно. То есть рыночное решение проблемы, основанное якобы на свободе выбора, приведет к еще большей несвободе. И мы снова вернемся к Пазолини…
Кстати, недавно был случай – мы устраивали левый семинар-общежитие в Нижнем Новгороде, и туда для профилактики был брошен отряд ОМОНа. Один из бойцов начинает рыться в книгах, спрашивая: а это что, экстремистская литература? Я говорю: да нет, что вы, поэзия, философия, никакого экстремизма. Тут он видит заголовок «Компартия – молодежи! Стихотворение П.П. Пазолини 1968 года и дискуссия о нем». «Ну вот, а говоришь никакого экстремизма». В общем, было изъято по экземпляру каждой книжки для изучения.
- Ваше издательство называется «марксистским». Что значит марксизм лично для вас сегодня? Зачем он вам?
Интерес к марксизму, мой, в том числе – это, я думаю, реакция на пресловутую «постмодернистскую чувствительность», на разрыв всяческих связей между словами, предметами, людьми, действиями, на все это мерцание осколков в головах, на неспособность выстроить хоть немного связную картину мира. На то, что постмодернистская философия называет невозможностью большого нарратива – цельного, связного повествования. И с этим можно было бы смириться, но мы видим, что такой агент, связывающий все и вся, существует – это капитал, чье прямое и тоталитарное повествование сегодня касается всех и перечеркивает все постмодернистские благоглупости.
Что мы видим? Деятельность охреневших от бесконтрольности американских ипотечных воротил вызывает финансовый обвал во всем мире. Миллионы людей оказываются без работы. Власть в России боится массовых выступлений и создает Центр «Э», чтобы профилактировать экстремистов. Центр «Э» организует налет на антифашистский концерт в Саратове, и журналист местной газеты получает удар электрошокером. Вот это и есть вполне прямое и последовательное высказывание капитала. То есть можно, конечно, объяснить все трагизмом и несовершенством бытия. Можно объяснить политикой авторитарного режима в России. Марксизм – это для тех, кого не устраивают такие объяснения. И таких людей становится больше.
Но важно и другое: любая область «надстройки» имеет свою, отчасти автономную динамику, которую необходимо специально познавать, иначе получается «Сталин о вопросах языкознания». Марксистский метод позволяет диалектически соотносить разные сферы, их взаимовлияние – мысль и действие, теорию и практику, экономику и культуру – и через это практическое сопоставление двигаться вперед.
- Главные мыслители, методологи, которые ориентируют вас в культурном и политическом пространстве?
Мне кажется важным так называемое теплое течение марксизма. Под «теплым течением» Эрнст Блох имел в виду направление, которое, в отличие от холодного, критического, демистифицирующего анализа идеологии – тоже необходимого, конечно – осваивает конкретно-утопический потенциал марксизма, потенциал человеческой надежды, объединяющий его в том числе с религиозными традициями. «Разум не может расцвести без надежды, надежда не может говорить без разума, вдвоем они составляют марксистское единство», – вот так писал Блох. По-моему, очень актуально для общества, потерявшего и разум, и надежду.
Сборник французского марксиста, члена Новой антикапиталистической партии Даниэля Бенсаида под названием «Большевизм и XXI век» выходит сейчас в Свободном марксистском издательстве. Бенсаид отказывается от позитивистской предзаданности, согласно которой крах капитализма якобы неизбежен, но при этом остается историческим оптимистом: пишет о возможности революционного, гуманистического вмешательства в катастрофический ход истории, истории капитализма.
Другая интереснейшая фигура – Михаэль Леви. Он тоже связан с НПА, а также с бразильским Движением безземельных крестьян. Леви – автор книг по самым разным вопросам: революция у раннего Маркса, экосоциализм, история сюрреализма, теология освобождения, теория неравномерного и комбинированного развития, марксизм Че Гевары, либертарный иудаизм, романтизм, Франц Кафка, Вальтер Беньямин, марксизм и национальный вопрос и так далее. Специалист в каждой из этих областей, он одновременно, конечно, видит их в некой общей перспективе. Это прямой вызов узкой специализации, которая навязывается в качестве нормы.
Терри Иглтон много лет занимается не только идеологическим анализом самых разных литературных текстов – от Библии до Шекспира, Элиота и современной поэзии, но и открывает в них освободительный, можно сказать, коммунистический потенциал. Одна из последних его книг – «Введение в смысл жизни».
- К каким реальным политическим группам вы близки и почему? Какие проблемы, по-вашему, стоят сегодня перед левым движением?
Я состою в движении «Вперед», считаю актуальной традиционную большевистскую повестку – российская буржуазия, как и сто лет назад, не способна решать демократические задачи; для этого необходимо движение наемных работников, в частности, серьезная марксистская организация – включенная в интернациональный контекст, озабоченная внутренней демократией, выстраивающая честные и открытые, без недомолвок и манипуляций, отношения с другими левыми силами, с профсоюзами, с социальными движениями, с интеллектуалами и художниками.
Большая проблема в том, что каждая современная левая традиция имеет свой простой и понятный миф: типа, плохие большевики подавили хороших анархистов, потом плохие сталинисты подавили хороших троцкистов, а потом внутренние предатели развалили прекрасный Советский Союз. На таких мученических мифах формируется только сектантская или субкультурная идентичность, снимающая вину с предшественников, позволяющая не думать об ошибках. Вину не перед либеральным капитализмом, а перед тем огромным большинством человечества, которое очень рассчитывало на социализм в XX веке.
При этом, я думаю, каждая из современных левых традиций имеет свои объективные корни в социальном устройстве. И глупо говорить: забудьте все ваши склоки, да здравствует единый антикапитализм! Вопрос в другом: каждое направление способно открыться к диалогу только через самокритику, только через понимание того, что провал социалистического проекта в XX веке – это не только вина объективных обстоятельств, это и вина всех, кто его готовил и в нем участвовал. Только осознав это, можно прийти к диалогу и – очень на это надеюсь – к выстраиванию нового, общего антикапиталистического движения.
- Вы не раз проводили литературные вечера солидарности с бастующими рабочими разных предприятий в московских книжных клубах, «Фаланстере» и «ОГИ». Кризис увеличивает число поводов для таких акций? Намерены ли вы устраивать их впредь, и если да, то какие ближайшие?
Сегодня на повестке дня – информационная борьба с Центром «Э», созданным, как я уже говорил, именно на фоне кризиса. Очень надеемся на совместные действия с левыми и правозащитными группами.

(окончание здесь http://pergam-club.ru/book/5370 )

 

              

 

ЗРИМЫЕ ОБРАЗЫ

http://img402.imageshack.us/img402/9796/cheqp.jpg

Приложение:

http://kirillmedvedev.narod.ru/ сайт Кирилла Медведева

_____________________

В интернете:

http://www.falanster.su/media/articles/index.php?article=42481
http://www.rabkor.ru/interview/3612.html