немецкий романтизм

Шиллер Фридрих

Средняя оценка: 8 (1 vote)
Полное имя автора: 
Иоганн Кристоф Фридрих фон Шиллер, Johann Christoph Friedrich von Schiller
Информация об авторе
Даты жизни: 
1759 - 1805
Язык творчества: 
немецкий
Страна: 
Германия
Творчество: 

Тексты:

в библиотеке Мошкова;
в Викитеке;
Вильгельм Телль, Мария Стюарт -  в Библиотеке драматургии;
тексты в библиотеке Либрусек;
Коварство и любовь - в Библиотеке классической литературы;
Коварство и любовь - текст + история создания;
Коварство и любовь
-  на немецком языке (Cabale und Liebe);
Орлеанская дева в переводе В. А. Жуковского;
Разбойники - в Библиотеке классической литературы;
несколько стихотворений;
стихотворения Шиллера на сайте "Мировая поэзия";
стихотворения Шиллера на сайте "Поэзия XIX-XX веков";
стихотворение "Кассандра" в переводе Жуковского.

Статьи и материалы:

Быть может, важнее этих литературных непосредственных объяснений в любви Шиллеру высказывания русских писателей о значении для них Шиллера. Декабрист Тургенев называет Шиллера «моим поэтом», Достоевский «нашим поэтом», Белинский «нашим национальным поэтом».
И это не только случайно брошенные слова. Это, как у Белинского, так и у Достоевского, живые чувства и обоснованные мнения. «Благодаря переводам Жуковского, — пишет Белинский, — Шиллер стал ближе России, чем многие русские авторы. Читая Шиллера на русском языке, мы ощущаем его своим национальным поэтом». Так же думает и Достоевский. По его мнению, Шиллер был предназначен стать «не только большим немецким поэтом, но одним из величайших русских. Он вошел в плоть и в кровь нашего общества, он нас воспитал и оказал на нас большое влияние».
Такое увлечение Шиллером было бы труднообъяснимо, если бы оно относилось к популярному в Германии патетическому поэту-идеалисту. Но в том-то и дело, что между популярным в Германии поэтом и русским Шиллером — большая разница. Своего Шиллера Россия, конечно, не просто выдумала. Она лишь раскрыла и подчеркнула в нем черты, не замеченные Германией, и отодвинула на второй план того Шиллера, которого Ницше обругал «моралистическим трубачом». Как это ни странно, но полюбившийся России Шиллер, Шиллер-христианин, был впервые вскрыт Гете. В разговорах с Эккерманом встречается весьма неожиданное понимание Шиллера как «святоподобного человека, устремленного ко Христу». Для того чтобы увидеть этого религиозно устремленного Шиллера, России надо было совлечь с него его рационалистическое кантианство и его враждебность к евангельскому откровению. Глубокой полемики против немецкого Шиллера в русской литературе нет. Обрусение поэта произошло как-то само собой: простым перенесением ударения на не замеченные в Германии стороны и подчеркиванием других сторон.
/Ф. Степун/

______________________

Этот дух ищет возможности опереться на призрак прошлого. [...] Мы увидим ниже, что об этом старался и Шиллер. Свою основную мысль он при этом высказывает следующими словами, которые также резюмируют и все вышесказанное: "Пусть благодетельное божество своевременно отторгнет младенца от груди матери, дабы вскормить его молоком лучших времен, и даст дозреть до совершеннолетия под дальним греческим небом. И после того, как он станет мужем, пусть он, в образе чужого, вернется в свое столетие; но не для того, чтобы прельщать его своим появлением, а ради того, чтобы, подобно сыну Агамемнона, очистить его".
Трудно было бы яснее высказать потребность человека опереться на греческий образец. Однако в этом сжатом формулировании мы видим также и ограничение, которое принуждает Шиллера в последующем существенно расширить свою мысль. "Содержание он, конечно, заимствует из современности, - продолжает Шиллер, - но форму - из более благородного времени, да, он возьмет ее и вне всякого времени из безусловного, неизменного единства своего существа". Вероятно, Шиллер ясно сознавал необходимость уйти еще дальше вспять, окунуться в изначальные времена божественного героизма, когда люди были еще полубогами. Поэтому Шиллер продолжает: "Здесь, из чистого эфира его демонической природы, льется источник красоты, не зараженный испорченностью людей и времен, которые кружатся глубоко под ним в мутном водовороте". Мы присутствуем при возникновении прекрасного миража золотого века, когда люди были богами и наслаждались созерцанием вечной красоты. Но тут Шиллер-поэт залетает вперед, оставляя мыслителя далеко позади. Несколькими страницами дальше мыслитель снова выступает на первый план: "Действительно, следует призадуматься над тем, что мы видим упадок человечества во все эпохи истории, в которых процветали искусства и господствовал вкус, и не можем привести ни одного примера, когда у народа высокая степень и большое распространение эстетической культуры шли бы рука об руку с политическою свободою и гражданскою доблестью, когда красота нравов уживалась бы с добронравием, а внешний лоск обращения - с истиною".
/К. Г. Юнг. Психологические типы/


Шиллер и Гете (Иоганн Готфрид Шадов, Адольф Мюллер)

Зримые образы:

Галерея изображений;
в Викитеке;
Александр Бенитцкий (1780 - 1809). Кончина Шиллера;
Франц Герхард Кюгельген. Портрет Фридриха Шиллера (1808-1809);
Иоганн Готфрид Шадов. Гете и Шиллер, занятые беседой;
Адольф Мюллер. Шиллер, братья Гумбольдт и Гете в Йене;
Памятник в Дрездене;
Эскизы к постановкам Шиллера в РГАЛИ.


Биография: 

Одно из самых ярких светил европейского романтизма, оставившее в тени своего пылания некоторые, гораздо более крупные, фигуры.

Гейне Генрих

Средняя оценка: 8 (1 vote)
Полное имя автора: 
Христиан Иоганн Генрих Гейне, Christian Johann Heinrich Heine
Информация об авторе
Даты жизни: 
1797 - 1856
Язык творчества: 
немецкий
Страна: 
Германия
Творчество: 

Будучи консерватором во многих отношениях, Гейне стал символом свободы. Получая на протяжении большей части своей жизни содержание от богатого дядюшки — банкира и филантропа Соломона Гейне (а позже, что примечательно, от реакционного французского правительства), Гейне был своего рода профессиональным попрошайкой, жившим по большей части не по средствам от каждого подаяния. Поскольку, несмотря на его обращение, в Германии ему отказали в месте учителя, а публикация его произведений была приостановлена репрессивным местным правительством, в 1831 г. он покинул родину и оказался в либеральной атмосфере, установленной в Париже «гражданином королем» Луи-Филиппом. Получив прозвище Немецкий Аполлон, Гейне стал частью невероятно богатой парижской культуры, которую олицетворяли Гюго, Санд, Делакруа, Бальзак, Берлиоз и Мейербер. Какое-то время он был связан с группой немцев-экспатриантов, называвшейся «Молодая Германия». Позже Гейне нашел в полусоциалистическом учении Сен-Симона желанное отдохновение от мелкой буржуазии. Французы первыми признали особый талант Гейне. Немецкие восхваления последовали за любовью французов. Публика воспринимала Гейне как радикала, а его жизнь неизменно считалась символом освобождения.
Своими короткими четверостишиями Гейне ухитрялся моментально вызывать в воображении свои уникальные поэтические миры. Его сравнивали с Шопеном за одинаковое умение создавать всего несколькими звуками любые желаемые лирические образы. При всей своей лаконичности поэмы Гейне выявляют беспредельную экспрессивность.
/М. Шапиро/

Тексты:

Как понимает сам Гейне себя и свою литературную деятельность? На этот вопрос Гейне отвечает не раз стихами и прозою. Один из этих ответов особенно замечателен. "Я, право, не знаю, - говорит Гейне, - стою ли я, чтобы мне когда-нибудь украсили гроб лавровым венком. Поэзия, как ни любил я ее, была для меня всегда лишь священною игрушкой или священным средством для небесных целей. Я никогда не придавал большой цены славе поэта, и хвалить ли или бранить будут мои песни, меня мало беспокоит. Но я желаю, чтобы на гроб мой положили меч, потому что я был храбрым солдатом в войне за благо человечества".
В этих словах заключается двойное противоречие. Ведя войну за благо человечества и считая себя храбрым солдатом, Гейне хочет в то же время служить чистому искусству. Два совершенно враждебные взгляда на искусство, - утилитарный и художнический, - укладываются рядом, один возле другого, в приведенных словах Гейне. "Поэзия была для меня лишь священною игрушкой", - говорит Гейне. В этих словах художнический взгляд на искусство выразился во всей своей наивности, и в этих словах заключается второе внутреннее противоречие, доведенное до самой поразительной рельефности. В самом деле, что такое "священная игрушка"? Есть ли какая-нибудь психическая возможность играть тем, что вы действительно считаете святынею, или считать священным то, что служит вам игрушкою? Противоречия очевидны, а между тем все приведенные мною слова Гейне выражают чистейшую истину и дают превосходнейший ключ к пониманию всего Гейне, его миросозерцания, его стремлений, его поэзии. Когда есть внутренние противоречия в самом предмете, тогда они неизбежны и в его определении, и чем полнее и вернее определение, тем ярче должны в нем выступать внутренние противоречия. - Да, Гейне был действительно и храбрым солдатом и чистым художником; и поэзия была для него действительно "священною игрушкой", хотя такое сочетание понятий дико и неестественно до последней степени.
/Д. И. Писарев/

Статьи и материалы:
Ю. Тынянов. Тютчев и Гейне;
Г. Лукач. Генрих Гейне (из книги "К истории реализма", 1939);
И. Анненский. Гейне и мы;
Д. И Писарев. Генрих Гейне;
М. Шапиро. Генрих Гейне - короткий, но емкий очерк о поэте в книге "100 великих евреев";
Д. Эйдельман. Антология одного стихотворения: Генрих Гейне. Enfant perdu;
Д. Эйдельман. Антология одного стихотворения: Генрих Гейне. Женщина;
Ефим Шуман. Русский Генрих Гейне;
Сайт поклонников творчества Гейне;
Гейне и Шуман. «Любовь поэта». Часть первая - о вокальном цикле Шумана на стихи Гейне;
Дан Дорфман. Кто вы, Гарри? - едкая и довольно остроумная статья о Гейне и его поэзии. 

Биография: 

Свободен пост! Мое слабеет тело...
Один упал - другой сменил бойца!
Я не сдаюсь! Еще оружье цело,
И только кровь иссякла до конца.
/Г. Гейне. Enfant perdu/

 

Лет шесть тому назад в Париже на  кладбище  Монмартра  можно  было  еще видеть серую плиту. На ней стояло только два слова "Henri Heine". Всего два, и  то  иностранных,  слова  над  останками  немецкого  поэта;   два   слова, оставленные стоять в течение целых 45  лет  на  камне,  в  хаосе  усыпальниц парижской бедноты... О, у немцев, очевидно, был не  один,  а  много  поэтов, которые назывались Генрих Гейне! Я не думаю, конечно,  чтобы  поэты  так  уж нуждались в чьей-нибудь признательности, тем более посмертной, да еще в виде такой претенциозной нелепости, как мавзолей.
Но грустно думать, что для поэта не нашлось даже каменных слов  на  том языке, которому он сам оставил венок бессмертной свежести. Можно, пожалуй, предположить, что не только соотечественники Гейне,  но и вообще все люди, думающие по-немецки, так прочно и раз навсегда  обиделись на его выходки против орла Гогенцоллернов или  знамени  Фридриха  Барбаруссы, что в их глазах для кары Гейне оказалось мало даже его  двадцатилетнего изгнания. Когда-то Прометей горько оскорбил отца богов  профанацией  его стихии: он был сурово наказан, но тот же Зевс  родил  и  героя,  положившего конец пытке титана. Неужто же олимпийцы оказались  менее  злопамятными, чем бюргеры Дюссельдорфа и Франкфурта?

/И. Анненский/

________________________________________________________________
Наверное, один из самых точных и непредвзятых среди многочисленных словесных портретов Гейне, принадлежащий перу его двоюродного брата:
Внешность Гейне не была импозантной. Он был бледен и хил, его взгляд был тусклым. Из-за близорукости часто щурился. Из-за выпиравших скул на его лице образовались те мелкие морщинки, которые могли выдать его польско-еврейское происхождение. В остальном он не был похож на еврея. Цвет его гладко причесанных волос был неопределенным, зато он любил показывать свои изящные белые руки. В его характере и поведении была благородная сдержанность,некое личное инкогнито, с помощью которого он скрывал свое истинное достоинство от других. Он редко бывал оживленным. Я никогда не видел, чтобы он, будучи в дамском обществе, говорил комплименты женщине или молодой девушке. Он говорил тихим голосом, монотонно и медленно, словно подчеркивая каждый слог. Время от времени, когда он вставлял острое словцо или умное замечание, на его губах возникала какая-то четырехугольная улыбка, совершенно не поддающаяся описанию.
/Герман Шифф/*
*Шифф Давид Бер (1801—1867), писатель, актер, музыкант; родственник Гейне


Когда тебя женщина бросит, - забудь,
Что верил ее постоянству.
В другую влюбись или трогайся в путь.
Котомку на плечи - и странствуй.

Эликсиры сатаны

Средняя оценка: 7.7 (3 votes)
Полное имя автора: 
Эрнст Теодор Амадей Гофман
Информация о произведении
Полное название: 
Эликсиры Сатаны, Die Elixiere des Teufels
Дата создания: 
1815 - 1816
 
Захватывающее готическое повествование о судьбе последних отпрысков рода Художника, проклятого за насилие над

Ленты новостей